Щеглов Л.М.

 

Вернуться на главную страницу
О журнале
Отчет
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

Рецензия
на монографию «Биографический метод в логотерапии»
(авторы Otto Zsok, Elena Waknin & Gala Vogel)*

Василенко Т.Д. (Курск, Россия)

 

 

Василенко Татьяна Дмитриевна

Василенко Татьяна Дмитриевна

доктор психологических наук, профессор, декан факультета клинической психологии; Курский государственный медицинский университет, ул. К. Маркса, 3, Курск, 305041, Россия. Тел.: 8 (4712) 58-81-37.

E-mail: tvasilenko@yandex.ru

 

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

_______________________

* Zsok O., Waknin E., Vogel G. Биографический метод в логотерапии: монография / перевод на русский и научная редакция Elena Waknin & Gala Vogel. Sillamäe: Balti Rakendus Logoteraapia Instituut, 2020. – 208 c.
Читать →

 

 

Обложка книги «Биографический метод в логотерапии»

В основе определения биографического метода лежат устоявшиеся в профессиональном сообществе англоязычные термины «biographical perspective» и «biographical approach». Биографический метод пред-ставляет собой не метод в технологическом смысле этого слова, скорее, это комплексный подход, включа-ющий совокупность методов. Центральным объектом исследования в нем является индивидуальная жизнь человека, связанная с его непосредственным окруже-нием, микросредой. Основными аспектами исследова-ния выступают субъективные представления индивида о своей жизни и социальной реальности.

Биографический метод основан на методологии анализа единичных случаев, исследования уникальной природы человека, его неповторимости. К. Ясперс, обсуждая возможности применения биографического метода, предлагает рассматривать индивидуальную историю с точки зрения фундаментальных категорий истории жизни: «Недопустимо прилагать категории биографического подхода без разбора ко всему, что выявляется при анамнезе или исследовании. Биографический метод — это не объяснение, а род наблюдающего восприятия. Используя его, мы не обнаруживаем никаких новых факторов или веществ наподобие излучений или витаминов. Но он оказывает преобразующее воздействие на фундаментальные категории объяснения. Включение субъективного фактора в методологию исследования — это точка, в которой возникает сдвиг фундаментальных категорий» [13, с. 812].

Даниель Берто называет биографию отчетом о жизни, представленным самим человеком. Он считает, что, хотя эти рассказы и являются субъективными, они могут быть использованы как ступени в конструировании социологических описаний и интерпретаций, приближенных к объективному знанию. Хорошо спроектированная совокупность рассказов о жизни приводит исследователя к изучению конкретных взаимодействий во временной перспективе и к пониманию того, как они изменяются [4, с. 15].

Следуя точке зрения Й. П. Рууса, автобиографический проект — это проект автобиографа, который хочет рассказать другим о своей жизни, о том, что она представляет собой на самом деле, как он ее воспринимает. Автобиография — это больше, чем интерпретация; всегда существует что-то за пределами текста, репрезентации, произнесенного или написанного слова. По сути, — это реальность, или реальная действительная жизнь, постижение ее объективности и субъективности [11, с. 9]. По определению Рууса, автобиография представляет собой «…нарративы о практиках, ориентированные на сущностную реальность и истину, где они рассматриваются с уникальной позиции автора, являющегося рассказчиком и одновременно рассматривающего себя в качестве такового.» [Там же. С. 11]. Стержнем рассказа являются события жизни, которые могут оцениваться как поворотные пункты в жизни, но большинство из них являются на деле обыденными.

Заметное влияние на биографический метод оказала постструктуралистская (постмодернистская) позиция, вернее, постструктуралистский лингвистический поворот. Эта позиция заключается в том, что не существует ни Истины, ни Реальности, ни какой-либо возможности соотнести предметный мир с миром произносимых или написанных слов. На деле существует лишь множество интерпретаций, каждая из которых одинаково возможна. Иными словами, центральное положение постмодернистской мысли, говоря словами П. Бергера, состоит в том, что в нашем обществе знаки относятся не к обозначаемому, а лишь к другим знакам. Из этого следует, что в нашем дискурсе мы не в состоянии достичь чего-либо, напоминающего значение, а можем лишь двигаться по бесконечной цепи обозначающих [3, с. 6].

Ученые отмечают, что автобиография — это всегда репрезентация, конструкция, а не отражение реального мира: «В автобиографии автор представляет версию о событиях со своей точки зрения, на которой он стоит в настоящий момент. Автор всегда выбирает, обдумывает и описывает то, о чем он хочет рассказать» [12, с. 324].

По своей направленности биографический метод является генетическим, а по организационной форме — лонгитюдным. Причем речь не идет о многолетнем исследовании одних и тех же субъектов, а об охвате длительных периодов жизни за счет ретроспекции и использования «памятников» прошлой жизни личности, за счет прогнозов и предвидений личности относительно собственного будущего. Лонгитюдность здесь имеет значение темпоральности, т. е. обязательного соотнесения всех биографических данных со временем жизни.

Лонгитюдность биографического метода обеспечивается его значительной ретроспективностью. История жизненного пути — это прошлые события и обстоятельства. Мы можем реконструировать их на основе источников-памятников. Но было бы неверным свести биографическое исследование только к изучению прошедшего времени. Современный биографический метод направлен и в будущее. Субъект жизнедеятельности — изучаемый человек — делает отчет о собственных планах, предвидениях, жизненных ожиданиях, мечтах и т. п., без этой информации биограф не может понять характер жизненного пути и тенденции развития личности. Вся жизнь в ее временной целостности является объектом биографического исследования.

Таким образом, в процедуре биографического исследования сочетаются различные конкретные методы как аналитического, так и синтетического характера, и потому метод является комплексным. Биографическое изучение личности обычно трудоемко и длительно, развертывается по этапам, опирается на серию конкретных биографических методик и техник.

Психолог понимает жизненный путь как взаимосвязь внешней и внутренней жизни, объективной и субъективной и уделяет последней не меньше внимания, чем событийной канве биографии. Обнаружение фактов внутренней жизни — переживаний — зависит от воли самого субъекта жизни. Только он знает о том, что творится в его душе, каково содержание его переживаний. Только он может рассказать об этом в своих исповедях, дневниках, личных письмах, создавая биографические тексты на основе самонаблюдения. Такая особенность метода может быть названа интимностью. Ее необходимо учитывать, устанавливая доверительные отношения с изучаемым человеком, побуждая его к самораскрытию, преодолевая естественную «защиту биографии» [8].

Исследователи отмечают трудности глубинного познания жизни личности, поэтому возникает сомнения, под силу ли это науке. Жан-Поль Сартр отвечал на этот вопрос отрицательно: «В действительности субъективная жизнь, переживаемое, не может быть предметом познания, она принципиально не подвластна познанию … Кьеркегор прав, когда он утверждает, что горе, печаль, потребности, сострадание, человеческие заботы не охватываются познанием реальности…, что определенные области действительно не охватываемы человеческой мыслью» [цит. по: 8]. Вместе с тем наука предпринимает попытки познать и понять личность во всей ее полноте, и в этом большие надежды возлагаются на биографический метод.

Итак, биографический метод — инструмент научного познания человека. Он может дать жизненные факты, без которых теория личности неполна. Его исследовательский потенциал постоянно растет благодаря усилиям психологов-биографистов и других ученых. Биография важна для оказания психологической помощи личности. На биографической основе возможна психо-консультационная работа, направленная на совершенствование личности через оптимизацию ее субъективной картины жизненного пути и самой жизнедеятельности в социальном пространстве и времени.

Биографический метод всегда привлекал психологов, как исследователей, так и практиков. Моделирование реальной жизненной ситуации личности, так необходимой для оказания помощи, невозможно без обращения к биографии, нарративу. При этом возникает опасность свести исследование биографии к перечислению событий как таковых, но психологию интересуют не сами события, а «ускользающие» смыслы. Самое трудное — актуализировать позицию личности, познающей свою жизнь, в позицию субъекта собственной жизни. Если еще наложить на этот процесс актуальную ситуацию, которая задает оттенок осмысления прожитой жизни, то мы оказываемся в поле полной неопределенности.

С целью снижения уровня неопределенности в психологии применяется прием, направленный на изучение временных отношений личности в виде возможности изображения ее в форме линии, или, как наиболее часто упоминается в литературе, «линии жизни». Это прием неоднократно описывался в психологической литературе. Мы не можем с уверенностью говорить о чьем бы то ни было приоритете на наиболее полное или раннее описание данного методического приема. В ряде источников он упоминается без указания конкретного авторства, но в ряде других ученые претендуют на авторство собственной версии или интерпретации (см., например, [7; 8; 9] и др.), в связи с этим мы можем говорить лишь о различных авторских вариантах и интерпретациях данного приема.

Таким образом, методы, использующие изображение «линии жизни», базируются на топографическом представлении об организации жизненного пути личности. Вариации метода состоят в характере топографических моделей, предлагаемых человеку в качестве содержания жизненного пути личности, — от простейших (прямая линия) до сложных (ветвящееся дерево) и даже многомерных форм. Различные модификации методики моделируют типы внутренних макроструктур репрезентации субъекту его жизни.

Мы полагаем, что субъективная картина жизненного пути представляет собой временную упорядоченность актуальных смыслов и отношений личности, психологи-ческое прошлое, настоящее и будущее представляют собой совокупность смыслов событий жизни. События открываются личности как смыслы, определяемые конкретной жизненной ситуацией в соответствии с текущей деятельностью (жизнедеятельностью) субъекта. Совокупность смыслов событий жизни, условно располагаемых в прошлом, настоящем и будущем, составляет динамическую смысловую систему личности [1; 2], находящую выражение в субъективной картине жизненного пути. Настоящее выступает как момент взаимного перехода будущего в прошлое и прошлого в будущее; настоящий этап временной организации жизни личности при этом задает критерий вычерпывания и открытия смыслов жизненных событий. Изменение настоящей ситуации в объективном или субъективном плане повлечет за собой изменение всей системы смыслов: события прошлого и будущего могут изменить свой смысл, стать более или менее значимыми, часть событий может перестать восприниматься как смысловые, а другие события войдут в ранг значимых. Следовательно, изменение актуальной ситуации (объективно или субъективно) приведет к изменению всей субъективной картины жизненного пути личности. При этом изменения могут носить как адаптивный, так и дезадаптивный характер, приводить к трансформации субъективной картины жизненного пути с уменьшением смысловой насыщенности, сужением временной перспективы, увеличением доли негативных событий.

Субъективная картина жизненного пути личности, представленная на линии жизни, отражает понимание личностью своего места в мире; личность выступает при этом как субъект своего жизненного пути [10]. Субъективная картина жизненного пути личности включает смыслы событий и ситуаций, упорядоченные переживанием (пониманием) текущей жизненной ситуацией, составляющие смысловое поле, контекстуально представленное в сознании субъекта своего жизненного пути.

Биографический метод в логотерапии, описанный в монографии, — метод, позволяющий «сделать срез» временных и смысловых аспектов субъективной картины жизненного пути личности. Подчеркивается значимость смыслового контекста, из которого осуществляется построение наличной динамической смысловой системы, объединяющей в себе смыслы прошлого и будущего. Специальная инструкция к биографическому методу побуждает личность запустить процессы самопонимания и смыслоосознания.

В нарративе человек строит несколько историй и знает, где и кому их нужно и можно рассказать. В биографическом методе в логотерапии человек выстраивает временную упорядоченность смыслов как историю, которую сейчас, в нынешней ситуации он рассказывает себе, и узнает из нее нечто новое, что ранее лежало за пределами его осознания.

Любую ситуацию можно интерпретировать разными способами, — эта закономерность хорошо известна в нарративном подходе. Одну и ту же ситуацию человек в разные моменты своей жизни, в зависимости от ситуации, опыта, в соответствии с индивидуально-личностными переживаниями событий, интерпретирует по-разному, посредством придания нового смысла, определяемого настоящим моментом своего бытия.

Данный метод позволяет учесть, что конструкт жизненного пути изменяется в результате изменения субъекта, поэтому биографию, так же как и нарративную историю, нельзя принимать как объективную данность, существующую изначально и неизменно. При использовании биографического метода в варианте Otto Zsok, Elena Waknin & Gala Vogel субъективная картина жизненного пути личности оказывается основанной на логике смыслового понимания мира субъектом. Эта логика задана, с одной стороны, индивидуальностью субъекта, а с другой стороны, — реальностью самоосуществления субъекта в конкретной жизненной ситуации и конкретными присвоенными субъектом социальными нормами, стереотипами, представлениями о должном, ценностями. Конструкт жизненного пути при этом выступает как гибкая модель жизненной ситуации, самого  субъекта и  всей его жизненной истории.  То  же

мы встречаем и при нарративе: Й. Брокмейер и Р. Харре пишут о том, что «… нарратив действует как особо гибкая модель. Любая модель … является аналогией» [5, с. 39–40) и далее: «Рассмотренные под таким углом зрения нарративы являются одновременно моделями мира и собственного «Я». Посредством историй мы конструируем себя в качестве части нашего мира» [Там же. C. 40].

Экзистенциальный анализ актуализирует способность воспринимать целостность жизни, не только в отношении «здесь» и «сейчас», но и «всегда» и «везде». Он обеспечивает восприятие жизни в пространстве и времени.

Биографический метод в логотерапии решает несколько задач: диагности-ческую, организацтонную, психотерапевтическую. Использование биографического метода способствует самоосмыслению и самоопределению личности. Таким образом, описанный в монографии метод позволяет получить ориентированную на смысл биографию, что делает особенно ценным его использование в терапевтической практике.

 

Список источников

1. Асмолов А.Г. Психология личности: Принципы общепсихологического анализа: учеб. для студ. вуз. – М.: Моск. гос. университет, 1990. – 367 с.

2.  Асмолов А.Г. Культурно-историческая психология и конструирование миров. – Воронеж: МОДЭК; М.: Институт практ. психологии, 1996. – 768 с.

3.  Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. – М.: Медиум, 1995. – 323 c.

4. Берто Д. Полезность рассказов о жизни для реалистичной и значимой социологии // Биографический метод в изучении постсоциалистических обществ. Материалы международного семинара (Санкт-Петербург, 14–17 ноября 1996) / под ред. В. Воронкова, Е. Здравомысловой. – СПб.: ЦНСИ, 1997. – Труды ЦНСИ, вып. 5. – C. 14–23.

5.  Брокмейер Й., Харре Р. Нарратив: проблемы и обещания одной альтерна-тивной парадигмы // Вопросы философии. – 2000. – № 3. – С. 29–42.

6. Василенко Т.Д. Жизненный путь личности: время и смысл человеческого бытия в норме и при соматической патологии. – Курск: Курск. гос. мед. университет, 2011. – 573 с.

7.  Коржова Е.Ю. Психологическое познание судьбы человека. СПб.: Союз; Рос. гос. пед. университет им. А. И. Герцена, 2002. – 335 c.

8. Логинова Н.А. Психобиографический метод исследования и коррекции личности: учебное пособие. – Алматы: Казак университетi, 2001. – 172 c.

9. Нуркова В.В. Свершенное продолжается. Психология автобиографической памяти личности. – М.: Университета РАО, 2000. – 316 с.

10. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. Человек и мир. – СПб.: Питер, 2003. – 512 c.

11. Руус Й.П. Контекст, аутентичность, референциальность, рефлексивность: назад к основам автобиографии // Биографический метод в изучении постсоци-алистических обществ. Материалы международного семинара (Санкт-Петербург, 14–17 ноября 1996) / под ред. В. Воронкова, Е. Здравомысловой. – СПб.: ЦНСИ, 1997. – Труды ЦНСИ, вып. 5. – C. 7–14.

12. Рюткёнен М. Чтение женского автобиографического текста с применением гендерной методологии // Женщина. Гендер Культура. – М.: Моск. центр гендер. исследований, 1999. – С. 321–330.

13. Ясперс К. Общая психопатология / пер. с нем. – М.: Практика, 1997. – 1056 с.

 

Для цитирования

УДК 615.851.135(049.32)

Василенко Т.Д. Рецензия на монографию «Биографический метод в логотерапии» (авторы Otto Zsok, Elena Waknin & Gala Vogel) // Медицинская психология в России: сетевой науч. журн. – 2021. – T. 13, № 5. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

  В начало страницы В начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2021 год

2020 год

2019 год

2018 год

2017 год

2016 год

2015 год

2014 год

2013 год

2012 год

2011 год

2010 год

2009 год
Яндекс цитирования Get Adobe Flash player